А Рурек все сидел, ел и думал о чем-то своем...
– Слушайте меня, человеки, – обратился, наконец, голодный и побитый сорд к присутствующим надземным тварям, среди которых числились как любители науки, так и ценители каблука местной принцессы/императрицы/богини, – я говорил с мечом Оны. Пока Иказкан не начнет пылать, владычица ивилаев не станет вмешиваться в разборки человеков и остальных рас. Но как только сыровары ударят по городу, а это рано или поздно произойдет, – глаза Рурека вспыхнули, – начнется такая резня, что никакая наука или любовь к Оне не поможет. Придется сражаться. И многие погибнут. Но мы можем поступить иначе. Просто не дать скверным человекам добиться их целей. Нет возмутителей спокойствия – нет войны. Все останется как раньше. Мирные человеки, мирные ивилаи, мирные сорды и прочее-прочее. Сыровары – это не все человеки, а лишь один их клан, хоть и сильный. Так за кого же вы, экспедиторы? За разрушение Иказкана или за то чтобы спасти его?
Рурек решил вдохновиться мечом и преисполниться его харизмы. Только убрал из образа избиение собеседников до полусмерти.